Twilight: you're my heroine now

Объявление

Добро пожаловать, Незнакомец. Заходи, присаживайся. Может, тебе предложить горячего чаю? Или крови? Отбрось все сомнения, погрузись с нами в Сумеречный мир, созданный С. Майер. Выбери, чью сторону займешь, и, может, именно ты приведешь ее к господству.

Система игры: эпизодическая
Игровое время: август 2012 года
Рейтинг игры: NC-17 (18+)

АДМИНИСТРАЦИЯ

Jane | Demetri

18.09.2018г. В ожидании первой большой чистки форума, запланированной на 22-23 сентября, претерпели изменения правила форума. Пересмотрены пункты, касающиеся максимального количества эпизодов на одного игрока, очередности в массовых отыгрышах, игровой активности и лоу-отсутствия.

Подготовлен список неактивных игроков, у которых все еще есть время исправить ситуацию. На днях будет вывешен список неактивных и неактуальных эпизодов, поэтому просмотрите внимательно свои игры.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Twilight: you're my heroine now » Прошлое/Будущее » Sleep, sugar; ‡флеш


Sleep, sugar; ‡флеш

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Sleep, sugar;
http://s7.uploads.ru/A7lDX.gif http://s9.uploads.ru/9BHCn.gif http://sd.uploads.ru/W197J.gif

Дата:
апрель 1933 года

Место:
дом Калленов

Действующие лица: Карлайл, Розали, Эсми.
Краткое описание: Он хотел спасти ее, хотел подарить второй шанс на новую жизнь, как когда-то подарил его Эсми. Но он не думал, что лишь усилит переносимую ею боль.
Дополнительно: Грязь, сырость, дождь.

Отредактировано Esme Cullen (2018-09-05 18:28:33)

+3

2

Умирая, Розали думала о свежей выпечке из пекарни Джонсов, что находится на углу улицы. Мягкие булочки с джемовой начинкой высыпались из пакета и рассыпались по земле, источая сладкий, манящий запах. Умирая, Розали думала лишь о том, что вкуснее булочек она не пробовала за всю свою жизнь, и о том, что ей больше никогда не удастся попробовать их, почувствовать их запах, потрогать пальцами мягкое, сладкое тесто. Когда она ела эти булочки в последний раз? Прошлым вечером? Могла ли Роуз допустить мысль, что это последний раз в её жизни? Конечно, нет. Последнее, что запомнила умирающая Розали перед бесконечной, глубокой темнотой, которая бездной сомкнулась где-то над ней, оставив Роуз погибать на самом дне, это сильную боль, которая затмевала рассудок, заставляла бредить, и думать о том, о чём не следовало. Так вот, как это происходит? Вот так умирают люди, думая о чём-то бессмысленном, глупом и совершенно неважном? Боль застилала пеленой глаза, и Розали уже не могла видеть ночное небо. Но она прекрасно помнила, что звёзды этой ночью были необычайно яркими, словно они освещали ей правильную дорогу, манили в одну сторону, а она пошла в совершенно другую, ослушавшись знаков, и встретила свою смерть. Боль способна была, кажется, свести Розали с ума, и она делала это с особым успехом. Боль физическая, вкупе с болью душевной. Роуз затруднялась сказать, какая из них была сильнее. Наверное, они были равны. Если бы девушка на секунду позволила себе расслабиться, лежа в полу-бессознательном состоянии на холодном асфальте, она окончательно потеряла бы рассудок, но Роуз из последних сил боролась за свою жизнь, хотя и чувствовала, что та постепенно угасает, покидает её тело, вытекает из неё, словно вязкая жидкость из упавшего сосуда, и делала она это крайне медленно, будто стараясь причинить ещё больше боли. Куда ещё больнее? Но, к своему ужасу, Розали продолжала думать о булочках, которые ей никогда не удастся попробовать. Не о семье, с которой она уже не встретится, не о женихе, который убил её, а о булочках. Их сладкий аромат смешался с железным запахом крови и сильным запахом страха. Жгучая смесь запахов кружила вокруг Роуз, напоминая ей о том, что она умирает. Что для неё всё кончено. Её жизнь обрывается, словно тонкая нить, и сожалела Розали лишь об одном — о том, что она так мало сделала в своей жизни, отдав лучшее время человеку, который убил её.
А потом вокруг неё сомкнулась ещё большая тьма.
К своему удивлению, Розали открыла глаза. Она не могла сказать, сколько прошло времени, и где она очутилась, но полу-тёмное, просторное помещение встретило её вполне приветливо, минималистично обставленной комнатой, с горящей на тумбе свечой. Розали всегда была верующей, но то, что она увидела после своей смерти, крайне разнилось с понятием "рая", внушаемым так прочно библией и священниками. Это определённо был не рай. Так может быть она согрешила, и угодила прямо в ад? Больше подходит к картинке, которую Роуз увидела первой после своей смерти. Остановившись на этом варианте, Розали попыталась встать. А в аду вообще встают? Может быть, моя дальнейшая судьба состоит теперь в том, чтобы веками лежать в этой самой комнате? Но нет, у Розали получилось. Она встала, разумеется, не чувствуя никакой боли. Боли после смерти не чувствуют. Чувствуют кое-что хуже: опустошение. Розали поднялась на ноги, чуть пошатнувшись, и обнаружила, что явно слышит звуки, которые должны быть далеко от неё, на улице. Но...ведь погодите-ка, она в аду, не объясняет ли это совершенно всего? В аду может происходить что угодно. Предметы скудно обставленной комнаты виделись ею резко, даже слишком резко, учитывая то, что помещение освещалось лишь одной свечой. Это тоже насторожило Розали. У неё никогда не было слишком хорошего зрения, и часто девушка мучилась из-за этого, а теперь зрение стало чётким, как будто бы никогда и не портилось. Может быть, загробная жизнь лишала таких побочных эффектов от рождения, как плохое зрение или плохой слух? Впрочем, на слух Роуз никогда не жаловалась, но здесь, где бы она ни оказалась, он был явно лучше, чем при её жизни. Посмотрев по сторонам, и не обнаружив для себя ничего нового, Розали решила покинуть комнату, и заодно проверить, разрешается ли ей это сделать. В конце концов, ей теперь вечность торчать в аду, и местность нужно изучить сразу же, чтобы знать, куда она попала не только по сведениям, уже бывшим ей известными, но и на собственном опыте. Решившись, Розали открыла деревянную дверь, ожидая увидеть перед собой, пожалуй...котёл с кипящей лавой? Но вместо котла она увидела обычную...стену. Длинный, узкий коридор, чуть более тёмный, чем комната, в которой она очнулась. И голоса, будто бы с первого этажа. Розали пошла на эти голоса, не сумев сдержать своего любопытства. Ей казалось, что она идёт слишком медленно, а голоса слишком далеко, и к тому моменту, когда она настигнет их, они исчезнут, рассеются, и она снова останется одна. А оставаться одной Розали не хотела, и она решила ускориться. Следующее, что услышала и почувствовала Розали — глухой и сильный удар о стену коридора, прямо возле лестницы. Ей с трудом удалось остаться на ногах и удержать равновесие. Розали удивилась тому, что она почувствовала этот удар. Разве она не должна теперь ничего не чувствовать? Правда, боль не появилась и сейчас. Роуз почувствовала удар, но он не сделал ей больно. Голоса на несколько секунд стихли. Розали была услышана разговаривающими. Всё также не понимая, как она за пару секунд преодолела расстояние в целый коридор, Розали решила не останавливаться, и спуститься вниз, узнать, что это были за голоса и кому они принадлежали. Оказавшись на первом этаже, в самом низу лестницы, Роуз прошла вперёд, и увидела двух людей, которые, вроде как, направлялись в её сторону, видимо за тем, чтобы узнать, что у неё там, наверху, приключилось. И эти люди вовсе не были похожи на тех...кто там обитает в аду? Они были похожи на людей, и, более того...на Калленов! Розали тут же вспомнила доктора Каллена, пару лет назад переехавшего в Рочестер, и его супругу. Что же они забыли в её личном аду?
Где я? Я в аду? Что вы здесь делаете, вы тоже погибли? — Розали нахмурилась, непонимающе посмотрев на супругов, стоящих напротив неё. Только сейчас она заметила за своим состоянием лёгкое головокружение, и какую-то странную жажду, будто...она сильно хотела есть или пить. Однако, что-то подсказывало ей, что это было нечто другое. Вот только это "что-то" больше ничего ей не подсказывало совершенно.

+5

3

В тот апрельский вечер 1933 года до позднего часа доктор Каллен находился в больнице. Под самый конец рабочей смены на территорию больничного корпуса был доставлен тяжелораненный пациент, которого сразу отвезли в операционную. В течение нескольких часов доктор в совместной работе с ассистентами боролись за жизнь мужчины, и труды их были вознаграждены отчётливым ритмом его сердцебиения. Состояние больного по-прежнему оставалось тяжёлым, однако по прогнозам доктор пообещал подошедшим родственникам в комнату ожидания, что в ближайшее время пациента переведут в общую палату и, с таким здоровьем и рвением к жизни, можно будет говорить о выписке.
Ближе к полуночи доктор смог снять с себя белый халат и надеть пальто, распрощавшись с медперсоналом и охраной. Он любил свою работу, он ею жил, дышал, он в неё расцветал. Своим трудом мужчина заглаживал чувство вины, которое ощущал от прожитой взаймы у природы минуты. Если обречён на проклятие в виде бессмертия, отчего бы не потратить его на служение смертным? С тем кладом знаний в голове и практики в руках, Каллен, действительно, творил чудеса, возвращая из объятий белого плена безнадёжных, на первый взгляд, пациентов.
Но сохранить жизнь Розали Хейл он не смог. Жизнь, как в общем понятии.
По дороге к дому вампир учуял металлический запах свежей человеческой крови и поспешил на помощь. Уже в следующем квартале он обнаружил молодую женщину, лежащую у дороги. Её одежда была рванной и пропита алкоголем и табачным дымом, по всему телу были нанесены гематомы, возможно, перелом пару рёбер. Слабый пульс прощупывался, однако Каллен принял решение отнести девушку в свой дом, а не в больницу – до дома преимущественно ближе.
Уже в спальне при жёлтом свете одинокой свечи, не найдя традиционных средств и способов для спасения девушки, Карлайл Каллен решился в третий раз на обращение человека в вампира.
***
- Нужно быть рядом, когда она откроет глаза, - тихий мужской голос доносился из гостиной комнаты, что располагалась на первом этаже дома. Каллен сидел в кресле и смотрел на тлеющий камин. Шёл третий день бессознательного пребывания Розали Лилиан Хейл в небольшом коттедже семьи Каллен. Имя гостьи стало известно вчера, когда Ройс Кинг объявил в розыск о пропаже своей невесты. – Я переживаю за Роуз, - признался Карлайл. Для него всегда оставалось загадкой тайны сознания: какие воспоминания перенеслись из старой жизни, что запомнилось о периоде обращения, последние ощущения перед пробуждением. – В каком городе ты бы хотела жить? Мне понравился штат Теннесси, - янтарные глаза наблюдали за Эсми. – Жить в черте города с молодым вампиром небезопасно. Особенно с таким давлением, - многочисленно вздёрнув бровями, Карлайл имел в виду состоятельную семью Хейл и влияние в Рочестере персоны несостоявшегося жениха. – Я не мог оставить её умирать у дороги, я боролся за её жизнь до последнего удара сердца, - голос понизился. Ком встал в горле. В комнате в одночасье стало невероятно душно. – Я не мог иначе, Эсми, - полные страдания глаза устремились на супругу. – А потом я подумал об Эдварде, - звук в коридоре прервал мысль Карлайла, и оба вампира, озабочено переглянувшись, отправились туда.
***
— Где я? Я в аду? Что вы здесь делаете, вы тоже погибли?
– Смотря, какой смысл ты вкладываешь в смерть, - усмехнувшись, ответил Каллен, однако почувствовав лёгкий удар в бок от жены, придал серьёзный тон голосу. – Наш дом называли по-разному, но «адом» не припомню, - коротко посмотрев на Эсми и на то, как женщина закатывает свои медовые глаза, Карлайл вновь перевёл всё внимание на Роуз. – Меня зовут Карлайл, а мою жену – Эсми. И могу тебя заверить, что мы немногим уступаем живым людям, - полноценно расплыться в улыбке не получилось, так как совсем скоро Карлайлу прилетел второй удар в бок. – Чтобы я мог всё тебе рассказать, Роуз, я должен знать, что последнее ты помнишь?

Отредактировано Carlisle Cullen (2018-09-15 13:11:27)

+3


Вы здесь » Twilight: you're my heroine now » Прошлое/Будущее » Sleep, sugar; ‡флеш


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC